Joomla TemplatesWeb HostingFree Joomla Templates
Главная История Молдовы Следы предков башкир в Молдавии и Венгрии

PostHeaderIcon Следы предков башкир в Молдавии и Венгрии

Автор: З.Г. Аминев

Источник: З.Г. Аминев. Следы предков башкир в Молдавии и Венгрии // От древности к новому времени (Проблемы истории и археологии). – Выпуск XV. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. – С.140-146.

Иногда жизнь преподносит интересные и совершенно неожиданные сюрпризы. Однажды такое случилось и со мной. В 1985 году, я угодил на лечение в стационар Сибайской городской больницы, где через несколько дней ко мне в палату поселили мужчину, который приехал в наш город в служебную командировку из Молдавии, и по несчастью угодил в больницу. Учитывая, что у вынужденного гостя из Молдавии в нашем городе никого нет, я всячески старался его поддержать. Вынужденно оказавшись в узком пространстве больничной палаты, мы коротали время в разговорах. Мой сосед-молдованин оказался человеком общительным, и мы быстро нашли общий язык. Как-то, в ходе разговора он заявил, что хорошо знает башкир, что у него много друзей из башкир. Время было советское, и многие башкиры, завербовавшись, уезжали из родной республики на различные стройки народного хозяйства. Поэтому я нисколько не удивился словам своего соседа о его дружбе с башкирами. Я спросил у него где, на каких стройках СССР он подружился с башкирами. Его ответ меня озадачил. Он заявил, что у него друзья-башкиры живут в Молдавии, и их, башкир там много и, что они там живут издревле. Попутно он выразил недоумение тем, что Сибайские башкиры мусульмане, сказав, что молдавские башкиры все католики. Помню, что он даже высказался в том смысле, что, возможно, местные башкиры не совсем правильные башкиры, раз не являются католиками. На мои уточняющие вопросы – «не являются ли его друзья-башкиры венграми?» помнится, сосед-молдованин даже несколько обиделся, заявив, что он может отличить венгра от башкира, что у них живут и венгры, которые отличаются от башкир. Сообщение соседа о башкирах в Молдавии меня очень заинтересовали, но, к сожалению, сосед мой был далек от истории и ничего не смог сказать по поводу того – «когда и каким образом эти башкиры могли оказаться в Молдавии?».  Так и осталось бы сообщение моего соседа по больничной палате экзотической информацией о башкирах, и возможно, со временем даже забылось бы, если бы не другой случай.

В 1991 году я оказался в служебной командировке в г.Салавате и, чтобы вечером в гостинице коротать время, купил в привокзальном киоске «Союзпечать» газеты и журнал «Кодры. Молдова литературная» (№7 за 1991 год). Информация, обнаруженная мной в журнале, заставила вспомнить когда-то услышанное в Сибайской больнице сообщение гостя из далекой Молдавии о его друзьях – молдавских башкирах. В этом журнале было опубликовано старинное молдавское предание «Дочь колдуньи». Предание начинается словами: «Это было в то отдаленное время. Когда нынешние Измаильский и Аккерманский уезды представляли незаселенные степи, на которых свободно кочевали татары (ногайцы - З.А.), башкиры и цыгане, и только кое-где, на далеких друг от друга расстояниях, существовали под управлением турок небольшие селения, молдавские и русские (старообрядцы, молокане, беглые крепостные и проч.)» [6. С.179]. Из маленького предисловия молдавского писателя Саввы Пынзару явствовало, что предание «Дочь колдуньи» 1891 г. было опубликовано Ольгой Накко в частной газете «Бессарабский вестник».

Уроженка г.Одессы Ольга Накко, выйдя замуж за бессарабского помещика Алексея Константиновича Накко (1832-1915), уроженца с.Баланешты Ниспоренского района Молдавии, автора «Истории Бессарабии с древнейших времен» и редактора «Бессарабских губернских ведомостей», поселилась в Бессарабии, где быстро научилась говорить по-молдавски и живо стала интересоваться жизнью и бытом местного населения, которые потом очень красочно описала в своих произведениях. Кроме этого предания, Ольга Накко в свое время была известна и как автор многих прекрасных рассказов [11. С.169]. Являясь женой известного Бессарабского историка, автора такого труда как «История Бессарабии с древнейших времен» и других работ по истории Бессарабского края, Ольга Накко, надо полагать, имела общие сведения о башкирах и в легенду «Дочь колдуна» башкиры попали не случайно.

Таким образом, мне стало понятно, что мой сосед-молдованин по больничной палате ничего не спутал и, действительно, имел какие-то сведения о башкирах в Молдавии. Однако сообщение информатора из больничной палаты и краткое сообщение из предания о башкирах в Бессарабии сами по себе не дают ответа на вопрос – «когда, какие причины заставили какую-то часть башкир оторваться от основной массы и оказаться в далекой от Южного Урала Молдавии?».

Нам кажется, в данном случае речь идет о башкирах, попавших в Венгрию вместе с печенегами. Пока, к сожалению, тема «Башкиры в Венгрии» остается вне поля зрения исследователей. Говоря о тюрках в Венгрии, в основном отмечают только печенегов. В то же время, восточные авторы, когда упоминали печенегов, рядом с ними всегда отмечали и башкир как союзников печенегов или же нахождение этих народов в конфедеративных отношениях. Такое совместное сосуществование отмечалось в продолжение нескольких веков. Поэтому при изучении истории башкирского общества второй половины IX – до первой половины XII вв. никак невозможно обойтись без печенежских материалов.

Обращение к печенежским материалам при изучении ранней истории башкир вполне оправданно в силу их языковой, хозяйственно-культурной и военно-политической близости, которая проявлялась в их союзнических отношениях, Не случайно со второй половины IX – до первой половины X вв. башкиры в письменных источниках неоднократно упоминаются вместе с печенегами. Так, предки башкир – баджгарды во второй половине IX в. вместе со баджнаками, баджна и наукердами принимали участие в битве с огузами, карлуками и кимаками у Гурганского (Аральского) моря. Краткое описание этих событий имеется у ал-Макдиси [8. С.58]. Этот четырехчастный союз после поражения у Аральского моря не распался, не исчез, и данные о них всплывают спустя сто лет в связи с событиями в Северном Причерноморье, где они господствовали в X – первой половине XI веков. Здесь их в том же составе (баджанаки, баджане, баджгирды и наукерды) в X в. отмечает Аль-Масуди. Описывая события и народы Северного Причерноморья, ал-Масуди (умер около 956 г.) пишет, что в 932 г. четыре народа племени турка баджна, баджгард, баджнак и наукерд воевали с Византией  за обладание городом Валандаром, … а пошли на город Константинополь [15. С.104].

Эти же четыре народа (баджна, баджгард, баджнак и наукерд) упоминаются вместе в связи с сообщениями о хазарах и аланах [5. С.159].

Имеются также сообщения восточных авторов о совершаемых ими набегах на славян [3. С. 307]. После поражения от объединенных сил древнерусских князей башкиры вместе с печенегами где-то в XI-XII вв. из Причерноморских степей уходят в Венгрию, где их отмечает Аль-Гарнати.

Устойчивое упоминание башкир вместе с печенегами показывает, что их связывало не только отмеченная выше близость (хозяйственно-культурная, военно-политическая) но и, скорее всего, общность происхождения, на что указывают имеющиеся сведения о языковой близости. У М. Уметбаева, выдающегося башкирского писателя, знатока истории своего народа, имеется сообщение со ссылкой на Ибн Халдуна (XIV в.) о том, что печенеги, как одно из этнических подразделений, наряду с канглы, дуван, табын и другими, входили в состав башкирского народа [4. С.323]. О том, что какая-то часть печенегов после разгрома их половцами пришла на Южный Урал и вошла в состав родственных им башкир, имеется упоминание в башкирском эпосе «Узак-Тузак – бала бәшнәк ярсығы» [14. С.281-288].

Проживание части башкир в Венгрии отмечает в своем труде «Мугджам аль-булдан» и восточный автор Якут Хамави, который сообщает, что в г.Халеб (Сирия) встретил студентов-башгирдов, которые ему сообщили, что народ «башгирд» проживает среди европейских народов («афранджей»), которые носят название «хункар». По словам информаторов Хамави, «башгирды» исповедовали ислам и проживали на окраине венгерского королевства в своих населенных пунктах, «каждый из которых как город». Царь «хункаров» не доверяет «башгирдам» и поэтому запрещает им обносить свои населенные пункты крепостными стенами, из-за боязни, что те восстанут против него [9. С.88-90; 10. С.151-152].

В 1791 г. в Трансильвании в местности Надь Сент Миклош был найден клад из 23 золотых сосудов, в которых неизвестные мастера изобразили различные сцены на мифологические сюжеты. Надь Сент Миклошский клад до сих пор не стал предметом тщательного научного исследования. В большинстве случаев, авторы только отмечают, что клад, скорее всего, принадлежал печенегам. Печенежский мифологический или фольклорный материал науке пока неизвестен, но имеется богатый и оригинальный башкирский фольклор, который пока еще никем не использован при исследовании Надь Сент Миклошских находок. Между тем, мифологические сюжеты, которые нашли отражение на предметах из этого клада, вполне могут быть объяснены через башкирскую мифологию.

Башкиры, попавшие в Венгрию, приняв католичество и венгерский язык, со временем омадьярились, но не пропали бесследно. Они сумели оставить след в мадъярском языке в виде многочисленных тюркизмов. По последним данным, известно, что в современном венгерском языке языковедами считается выявленным и доказанным более 800 слов тюркского происхождения, большинство которых специалисты относят к тюркскому языку чувашского типа. Сами чуваши в Венгрии, как известно, не отмечались, но там, в средневековье были отмечены башкиры. Поэтому, можно сказать, что выявленные специалистами слова чувашского типа оставлены предками башкир (баджгарды и баджнаки), язык которых был близок к булгарскому, потомками которых, по общему признанию языковедов, являются современный чувашский народ.

О былом пребывании башкир в Венгрии напоминают и многочисленные топонимы, оставшиеся от них на территории исторической Венгрии. Так, в частности, в Трансильвании (ныне Румыния), населенной венграми, течет река, которая называется Temes, на берегу которой находится венгерский  город Temesvar. Топоним Temesvar состоит из двух частей Temes+var, где слово «var/вар» с венгерского означает «город», то есть Temesvar переводится как «город Teмeс».

В Баймакском районе Республики Башкортостан есть крупное башкирское село Темяс, которое на языке местного башкирского населения звучит как «Темәс», то есть почти так же, как венгерский Temes. Нам кажется, что венгерский Temes является дошедшим до нас отголоском от когда-то проживавших вместе с венграми древних башкир, которые впоследствии растворились в составе более многочисленного венгерского народа.

Термин «вар» отмечен уже в древневенгерском. Так, Заболе, вождь племени «хак» (chak) в период завоевания Паннонии (IX в.) строит крепость и называет ее Хаквара (Chakwara). В буллах папы Евгения II от 826 г. отмечен город «Ветвара» (Vetwar, в тексте Vetuar). Известный исследователь С.П. Толстов слово «вар (war)» («город»), и, связанные с ним топонимические термины Паннонии, в том числе нововенгерское «варош» (varos) относит к до венгерскому, даже к гуннскому времени [13. С.73-74].

Отмеченный выше город «Хаквара» напоминает нам башкирскую реку Сакмара (по-башкирски «һакмар»), где часть «вар», со временем превратилась в «мар». На это указывает наличие в бассейне этой реки другого гидронима «Кышлауар» (кышлау+вар, т.е. речушка, где имеется зимник / «кышлау» башкир-скотоводов). Ныне там находится башкирское село Первое Иткулово, населенное представителями племени бурзян.

В пределах исторического Башкортостана топонимистами, кроме рек Һаkмар (Сакмар), Кышлауар зафиксированы и другие гидронимы (Варяж, Варяш, Варяшле, Уваряж, Ыуараш, Ыуара, Ыурынды, Каркавар и ряд других), где также усматривается искомое слово «вар/уар», из-за наличия которых, наши лингвисты эти топонимы считают следами пребывания предков венгров на Южном Урале. Основанием для этого для них служит наличие в венгерском языке вышеуказанного слова «варош» («город»). При этом эти авторы забывают, что само мадъярское слово «варош» является, как отмечено С.П. Толстовым, заимствованием из тюркских языков. Известно, что в древности тюркские народы, в том числе, пребывавшие в составе тюркских народов предки венгров, места своих стоянок, а потом и населенные пункты, окружали рвом, который у тюрков назывался «вар / вур / ур». Случаи возведения таких «ур» башкирами вокруг своих населенных пунктов встречались еще совсем недавно, еще в 60-е гг. ХХ в. Ближайший фонетически близкий вариант венгерскому «вар/варош» сохранился в современном чувашском языке в форме «вур» (ров). Венгры со временем словом «вар/варош» стали обозначать и понятие «город», как место окруженное рвом «вар».

Поэтому, обнаруживаемые на башкирских землях гидронимы Варяж, Варяш, Варяшле, Уваряж, Ыуараш, Ыуара, Ыурынды, Каркавар, Кышлауар, и близкие к этому фонетические варианты, содержащие в своей основе вышеуказанный корень «вар/уар», означающий «ров», «рытвина», «овраг», «долина», нельзя назвать мадъярскими. Они по своему происхождению являются тюркскими (древнебашкирскими), о чем мы писали в одной из своих работ [1. С.61-67].

О том, что все вышеперечисленные гидронимы, содержащие в своем названии «вар/уар», первоначально были связаны с реками, рытвинами, оврагами и т.п. объектами природы имеются сведения еще с древних времен. Например, гунны Днепр называли «Вар», что означает «река» [13. С.74]. Через несколько веков спустя, Днепр у тюркоязычных печенегов зафиксирован в форме «Варух», где прозрачно проступает все тот же корень «вар».

Кроме указанных Темесвар, Хаквара, в пределах исторической Венгрии зафиксированы и другие многочисленные топонимы, которые находят свои параллели на территории исторического Башкортостана. Поэтому можно вполне уверенно говорить о том, что эти параллельные топонимы в Венгрии оставлены предками башкир. К таким топонимам мы можем отнести такие как – Бекеш (Bekes, Bekessamson Bekescsaba, Bekesszentandras), Bekecs, Мукач (Mohacs), Бурджан (Kis berzseny, Вerzseny, Birjan), Варяш (Varias, Variasu Mic, Varaszlo), Балашты (Balastya, Balassa-Gyarmat), Tengeri, Кондорош (Kondoros), Печенег (Bezenye, Bezsenyidülő), Тазлар (Tazlar), Сакмар (Szakmar), Раваш (Ravazd), Уршак (Karakoszőrcsők, Borszőrcsők Gyirmot), Юрматы (Gyarmat), Хазар (Kazar), Матрай (Matra), Курт (Kürt, Erdőkürt). Туруш (Tereske), Бербалтавар (Berbaltavar), Бадраг (Bodrog), Urkut, и множество других, которые нами выявлены без особых усилий по «Атласу автомобильных дорог Венгрии», изданной в г.Будапеште, в издательстве «Cartographia» [2]. В этом же «Атласе…» в приграничных с Венгрией районах Югославии, где проживают принявшие христианство и ославянившиеся потомки бывших печенегов – босняки, указаны города Баймак (Bajmаk) и Мала Босна (Mala Bosna).

Топоним «Баймак» кроме Югославии, зафиксирован в форме «Баймах-Марахал» и в самой Венгрии. Эта местность известна тем, что там археологами раскопаны вещи, принадлежащие сарматам [12. С.163].

Баймак в форме Баймакли имеется и в Молдавии, на территории тюркоязычных гагаузов, происхождение которых исследователи связывают с печенегами, бурджанами и тюркоязыными булгарами. На этой же территории зафиксированы топонимы – Бабаляч, Ямач, Бекеш, Мукач [7], которые находят свои параллели в Баймакском районе РБ в форме Бабаляш, Ямаш, Бикеш, Мокас. На связь топонима Баймак с печенегами и древними башкирами, указывает так же наличие его у каракалпаков, происхождение которых исследователи связывают непосредственно с печенегами.

Все вышеперечисленные примеры показывают, что проблема нахождения древнебашкирских племен в Венгрии тема очень интересная и  ждет своего исследователя.

Список использованной литературы:


1. Аминев З.Г. О некоторых так называемых венгерских топонимах на Южном Урале // Ядкяр. – №1. – 2008. – С.61-67.

2. Magyarorszag autoatlasza. – Budapest: Cartographia, 1973. (Атлас автомобильных дорог Венгрии. – Будапешт, 1973) (На венгерском языке).

3. Бейлис В.М. Народы Восточной Европы в кратком описании Мутаххара ал-Максиди (Х в.) // Восточные источники по истории народов Юго-Восточной и Центральной Европы. – М., Наука. – 1969.

4. Булатов А.Б. Восточные авторы о башкирах // Археология и этнография Башкирии. – Т.IV. – Уфа, 1971. – С.323-325.

5. Гаркави А.Я. Сказания мусульманских писателей о славянах и русских с конца VII века до конца Х века. – СПб., 1870.

6. Дочь колдуньи // Кодры. Молдова литературная. – №7. – 1991. – С.179-187.

7. Дрон И.В., Курогло С.С. Современная гагаузская топонимия и антропонимия. – Кишинев: «Штиинца». – 1989. – 216 с.

8. Кумеков Б.Е. Государство кимаков IX-XI вв. по арабским источникам. – Алма-Ата, 1972.

9. Насиров И.Р. Сообщения арабских историков и путешественников о башкирах // Научное наследие Ризы Фахретдинова и актуальные проблемы востоковедения. – Уфа, 2001. – С.88-90.

10. Насиров И.Р. Древние «баджгирды» в Венгрии // Ватандаш. – 2000г. – №5. – С.151-152.

11. Пынзару Савва. Бытописатель бессарабской старины // Кодры. Молдова литературная. – №7. – 1991. – С.169.

12. Сулимирский Тадеуш. Сарматы. – М., 2007.

13. Толстов С.П. Города гузов // Советская этнография. – №3. – 1947.

14. Уҙак-Туҙак – бала бәшнәк ярсығы // Башҡорт халыҡ ижады. – Т.IV. – Өфө, 1999. – б.281-288 (на башк.яз).

15. Хвольсон Д.А. Известия о хазарах, буртасах, болгарах, мадъярах, славянах и руссах Абу-Али-Ахмеда бек Омар Ибн-Даста // Журнал Министерства народного просвещения. – СПб., 1868.

Ссылка

 

 

 

map1